The Kurdistan projects

  • by Éditeur, September 08, 2016 in International Politics
The current Kurdistan project, supported by France and the United States, has no connection with the legitimate project which was recognised by the same countries during the Sèvres Conference of 1920. It is not even situated anywhere near the same territory! This pseudo-Kurdistan is no more than a Western bribe intended to turn the Syrian Kurds against Damascus. Its creation will not solve the Kurdish question, and would provoke a conflict similar to that which has opposed Israël and Palestine for close to 70 years. In order to untangle the present situation, Thierry Meyssan retraces the contradictory positions of the nine main external powers implicated in this affair.

Тхe displacement of forces and the summer battles in the North of Syria may seem incoherent to some observers, yet each force present continues to pursue its own objectives with tenacity.

While all the protagonists declared that they were fighting Daesh, the Islamic Emirate moved, but only retreated in the desert. The true goal of these events is the eventual creation of a Kurdistan to the detriment of the Arab and Christian inhabitants [1]. Here is an analysis of the war goals of the main forces present – but let us first note that Syria is a sovereign state, and none of the protagonists listed here have any right whatsoever to amputate it in order to create a new entity.

Nine responses to the Kurdish question, seven of which are illegal

1- Daesh would not contest the creation of a Kurdistan, as long as it was not situated to the East of the Euphrates The Islamic Emirate - created by John Negroponte, then by General David Petraeus in Iraq - is still under his control. He subcontracts to Turkey the command of this union of the Muslim Brotherhood, the Naqshbandīs, and the Sunni tribes of the Syro-Iraqi desert. So, when the Turkish army took Jarablus from Daesh, the jihadists withdrew without putting up a fight, in obedience to their Turkish mentor. After the battle of Aïn al-Arab (Kobane), Daesh accepted the principle of a Kurdistan, but not to the East of the Euphrates. 2- The United States are now favourable to the creation of a Kurdistan in Syria During the First World War, US President Woodrow Wilson had specified among his war objectives the creation of Armenia, Israël and Kurdistan. Àt the end of the conflict, he sent the King-Crane Commission to evaluate the situation. Their report was as follows: «The Kurds claim a very large territory, on the basis of their presence, but since they are closely intermingled with the Armenians, the Turks and others, and divided amongst themselves, (Chiites and Sunnites), in Qizilbash [2], it seems preferable to limit them to the natural geographical zone situated between the Armenian proposition in the North, and Mesopotamia to the South, with the trench between the Euphrates and the Tigris as its Western limit and the Persian frontier as its Eastern limit (…) Since the Turks and Armenians are not numerous, it would be possible to displace most of them out of this zone by a voluntary exchange of population, thereby obtaining a province of approximately one and a half million inhabitants, almost all of whom would be Kurds. The security of the Chaldeans, Nestorians and Syrian Christians who live in the region would have to be guaranteed». The King-Crane Commission visited the region just after the end of the massacre of the Christians, which had lasted from 1894 to 1923, perpetrated first by the Ottoman Empire, then by the Young Turks with the assistance of Germany’s Second Reich and the Weimar Republic [3]. The Commission was very reserved about the possibility of settling the Armenians in a Kurdish state, since the Turks had used Kurdish combatants to massacre the Christians. Since November 2015, the Kurds of the YPD have been attempting to forcefully Kurdicise the Assyrian Christians from the North of Syria, re-opening this old wound [4]. In any case, a Kurdistan was created on paper by the Sèvres Conference (1920). But facing the Turkish revolt led by Mustafa Kemal, it was never put into practise, and the United States gave up on the idea with the Lausanne Treaty (1923). We can see on this map, borrowed from the site Les Cles du Moyen-Orient (The Keys of the Middle East), that President Wilson had planned to create his Kurdistan within what is now Turkey and a small part of the present Iraqi Kurdistan. The present country of Syria is absolutely not concerned by this project.
JPEG - 55.9 kb
Red :Kurdish state planned by the Treaty of Sèvres 1920 Blue : Territory placed under French mandate in 1920, taken back by Turkish nationalists Brown : Territory placed under British mandate in 1920, taken back by Turkish nationalists Green :Territory attributed to Armenia in 1920, taken back by Turkish nationalists During the Turkish civil war, Hafez el-Assad’s Syria lent support to the PKK on the basis of President Wilson’s propositions. It offered political asylum to the head of the PKK, Abdullah Öcalan, who gave his written engagement that he would never claim Syrian territory. While according to the 1962 census, there were only 162,000 Kurds in Syria, a million Turkish Kurds sought refguge there, and also obtained political asylum. They are 2 million today, and received Syrian citizenship in 2011. At the start of the war, they fought to defend Syria against the Islamist mercenaries with weapons and salaries supplied by Damascus. The United States then changed its mind, and promised the various Kurdish chiefs in Iraq, Syria and Turkey that they would carve out a state for them in Syria if they would turn against Damascus. Some of them accepted this offer. At the start of 2014, when David Petraeus’s group was planning the development of Daesh and its invasion of al-Anbar (Iraq), he authorised the Kurdistan Regional Governement of Iraq to conquer the oil fields of Kirkuk. This was done without raising the slightest international protest, since public opinion was only being shown the crimes committed by Daesh. 3- Russia supports the rights of the Kurdish minority First of all, Russia supported the project for an autonomous Kurdish region in Syria on the model of its own autonomous Republics. YPG representation was opened in Moscow last February. However, confronted with the indignant reactions of the Syrians, it realised that the situation in Syria is different from that in their own country. The Syrian minorities are interlinked in such a way that there is no region where they are in the majority. Over the millenia, the defence of the country has been organised from this mixture of populations so that, everywhere, a minority connected to a potential invader is able to protect the rest of the population. Consequently, the Syrian state does not guarantee the rights of minorities by delegating to them the management of distinct regions, but by organising the institutions and the administration in a secular manner, on both the religious and ethnic levels. So today, Russia is looking at the Kurdish question in a different light. It has engaged to defend the rights of minorities in general, and this one in particular, but is asking it to choose sides – either for or against the Islamists. Indeed, for the moment, Kurds of all stripes are fighting the Islamists, not because they are Islamists, but in order to take back the territories under jihadist control, and to occupy them in their turn and for their own profit. Russia has therefore demanded that they specify with whom they are allied - Washington or Moscow. 4- Turkey wants the creation of a Kurdistan in Syria administrated by the Barzani clan Ankara refuses to accept the possibility that a Syrian Kurdistan might serve as a rear operating base for the PKK, and spread its influence to the detriment of Turkey. Ankara maintains excellent relations with the Kurdistan Regional Governement of Iraq, and has no reason to oppose the creation of a Syrian Kurdistan. This is why President Recep Tayyip Erdoğan has concluded a secret agreement with one of the two co-Presidents of the Syrian YPG, with a view to supporting this state. However, their agreement did not stand up to the repression of the Turkish Kurds by the same President Erdoğan after they scored well in the general elections of June 2015 [5]. The Turkish extreme-right wing, whether incarnated by the MHP and the Grey Wolves or by President Erdoğan’s Millî Görüş, professes a racial ideology. According to these parties and militia, Turkey must be Islamic and founded on the Turko-Mongol race, which implies the expulsion of the Christians and the Kurds. This point of view is not shared by the opposition, so that a large number of Kurds is perfectly integrated. When the founder of the Grey Woves, Alparslan Türkeş, became vice-Prime Minister, and publicly evoked the possible liquidation of the Kurds on the model of the slaughter of Christians during the genocide of the Armenians and Pontic Greeks, Abdullah Öcalan created the PKK. He obtained political asylum in Damascus until 1998, at which date Ankara threatened to crush its neighbour if it continued to harbour him. Hafez el-Assad asked Öcalan to find another country which could offer him asylum. He was finally kidnapped in Kenya by Mossad, with the help of the Kurds of the PDK, and imprisoned in Turkey. 5- Iran is opposed to the creation of a Kurdistan Approximately 4,5 million Kurds are Iranians. They dispose of a region in which they represent the majority. Altough they have legal equality, their region is still the object of discrimination, and is less developed than those inhabited by the Persians. The Islamic Republic is very attached to the intangibility of its frontiers, particularly since the creation of a new state could encourage separatism in other minorities, like the Baloch. Finally, Iran is an ally of Syria, and would not accept that a Kurdistan could be created to Syria’s detriment. 6- The Kurdistan Regional Governement of Iraq is favourable to the creation of a Great Kurdistan straddling Iraq and Syria The Kurdistan Regional Governement of Iraq is wary of the Kurds in Syria. Indeed, the two population groups do not speak the same language (Gorani and Kurmanji), and have a conflictual history dating from the Cold War. The Iraqi Kurds filter the entrance into their territory by Syrian Kurds, forbidding access to those they suspect of still being linked to the Turkish PKK. President Massoud Barzani took power in 2012, and blocked elections. He set up a corrupt and authoritarian régime, and did not hesitate to have his opponents assassinated. He expanded his regional territory by 40% with the help of Daesh, annexing the oil fields of Kirkuk, then transporting the oil stolen by Daesh by means of his pipe-line. The conquest of the hatched zone on the map below enables geographical continuity between his region and an eventual Kurdistan in the North of Syria.
JPEG - 40.2 kb
Green :Zone of action by the PKK Hatched in green : Syrian Kurdish region controlled by the PYD Red : Autonomous Iraqi Kurdistan Hatched in red : Region controlled de facto by the PDK and the UPK After having supported Daesh during the battle of Aïn al-Arab (Kobane), the Kurdistan Regional Governement of Iraq approached the YPG, at the request of Washington, and offered it symbolic assistance. «President» Massoud Barzani regularly announces that his region is about to proclaim its independence, and then envisages annexing a part of Syria. However, he is firmly opposed to the creation of a Kurdistan governed by Saleh Muslim. 7- Israël is favourable to the creation of a Great Kurdistan in Iraq and Syria, but not in Turkey To ensure its security, Israël first of all pushed for the creation of a demilitarised zone at its frontier, to the detriment of its neighbours - the Egyptian Sinaï and the South of Lebanon. However, with the development of missile technology, it abandoned this strategy and evacuated both the Sinaï and South Lebanon. Since 1982, it has developed a strategy consisting of control from the rear of the three great powers of the region - Egypt, Syria and Iraq. In order to maintain this control, it pushed for the creation of an independent state, South Sudan, and is today pushing for the creation of a Great Kurdistan straddling Syria and Iraq. Since the Cold War, Israël maintains very close ties with the Barzani clan, today in power in Iraqi Kurdistan. 8- France is favourable to the resolution of the Kurdish problem without implicating Turkish territory In 2011, the French and Turkish Ministers for Foreign Affairs, Alain Juppé and Ahmet Davutoğlu, signed a treaty which planned for the support of Turkey in the wars against Libya and Syria (which had not yet started) in exchange for France’s support for Turkish membership of the European Union, and the solution of the Kurdish question to the detriment of Turkey’s neighbours. In other words, France agreed to create an independent state, either in Syria or Iraq, or else straddling the two countries, in order to be able to expel the members of the PKK. This treaty, which plans for crimes against humanity, has of course remained secret and has not been ratified by their respective parliaments. On 31 October 2014, President François Hollande received Recep Tayyip Erdoğan at the Elysée. One of the two co-Presidents of the Syrian YPG, Saleh Muslim, secretly joined their meeting. The three men agreed to create a Kurdistan in Syria, to the detriment of the present inhabitants, of which Saleh Muslim will be «nominated» Ppresident. However, after the battle of Aïn al-Arab (Kobane in Kumanji Kurdish), at the demand of the United States, President Hollande received, publicly this time, the other co-President of the YPG, Asya Abdullah, which sparked the fury of Ankara (8 February 2015). Indeed, Madam Abdullah is reputed to be faithful to the head of the PKK, Abdullah Öcalan, and therefore opposed to the Presidency of Saleh Muslim. Changing its position once again after the Paris attacks, France pressured for the adoption by the Security Council of Resolution 2249, which authorises military intervention against Daesh, an excellent alibi for the creation of the new state. But the United States and Russia rejected the French project at the last moment, so that Paris can not intervene in Syria without the permission of Damascus. 9- The three main Kurdish factions are favourable to the creation of a Kurdistan, anywhere at all, on the condition that it would not be controlled by their rivals, but by themselves During the Cold War, the Kurds divided between pro-US (PDK) and pro-Russian (PKK), with the YPG representing the PKK refugees in Syria. To this fundamental split were added others, so that today, there exist about twenty Kurdish political parties. Kurdish society is organised according to a clan system which resembles that of Southern Italy, so that political loyalty is decided by the family, rather than individually. In the 18th and 19th centuries, the Kurdish leaders always gave privilege to alliances with the major powers, rather than the population among whom they lived. In this way, they managed to survive to the detriment of their own people - a situation which is similar to the behaviour of the Maronite leaders of Lebanon. In 1974-75, the Iraqi Kurds allied with the United States against Ahmad Hassan al-Bakr. But the US did not intervene when al-Bakr crushed them. When asked by a senatorial commission if he was not ashamed of having abandoned the Kurds, Secretary of State Henry Kissinger coldly replied - «The foreign policy of the United States is not a philanthropic endeavour». The Kurdish leaders, who had accepted the US project in the hope of gaining access to important functions in the future state, refused to bear the responsibility for the Nakba if they were to be distanced from the future power structure [6]. Indeed, it would be necessary to expel or massacre the Arab and Assyrian Christian populations who lived in the North of Syria, and who had given them shelter.

The recent use of force in order to advance each of these projects

During the summer 2016, the United States gave direct assistance to the FDS (in other words the members of the YPG and a few Arab and Christian mercenaries) to take the town of Manbij from Daesh, whom they were in fact indirectly supporting via Turkey. As soon as victory was assured, the Pentagon forced the YPG to leave the town they had just won to the profit of groups opposed to Damascus.
JPEG - 36.7 kb
On 23 August 2016, at the White Palace, Turkish President Recep Tayyip Erdoğan and his opposite number Massoud Barzani, head of the Iraqi Kurds, concluded an alliance against the other Kurdish parties.
On 23 August, the President of the Kurdistan Regional Governement of Iraq, Massoud Barzani, was received with honours by the main Turkish leaders. In particular, he had a two-hour meeting with President Erdoğan. Iraqi Kurdistan gave its support to Turkey against the Kurds of the PKK, and etablished a plan with Turkey to destroy its installations in the mountains of Iraq. Besides this, both parties spoke of energy cooperation – probably the way in which they plan to continue the exploitation of the oil stolen by Daesh. On the same day, the Turkish army entered Syrian territory and took the town of Jarablus (between the frontier and Manbij) from Daesh. The operation was accomplished without fighting, since Daesh obeyed its Turkish mentor. In fact, for the moment, there has never been a battle, here or anywhere else, between the Turkish army and Daesh. Seeking to expand its advantage, the Turkish army pursued its progression by taking villages as it moved towards Manbij. Although the United States ordered it to halt, it continued its advance. The CIA then supplied anti-tank missiles to the YPG, who used them first of all against Turkish tanks (but not in Jarablus), then against the Turkish airport at Diyarbakır. The Turkish army understood the message, and withdrew to Jarablus, handing the villages to the South of the town to Turkmen militia who, this time, were fighting under the vacant flag of the Free Syrian Army. The day after the visit of Massoud Barzani, the US vice-President, Joe Biden, also travelled to Turkey. When he was a senator, Biden had registered a proposition for a law which aimed at proclaiming the independence of Iraqi Kurdistan. He announced that he had asked the YPG to withdraw to the West of the Euphrates – an area which includes Manbij – failing which Washington would cease all support for the Kurds. However, since Daesh had already made it clear that they would not allow the YPG to settle East of the Euphrates, it is difficult to determine what territory they have left. Finally, a tacit agreement was reached between Ankara and Damascus to block a Kurdistan administrated by the YPG, while another agreement was officially concluded between the Pentagon and the YPG to avoid them shooting at each other, despite the new change of position by Washington against the creation of a Kurdistan.

Translation Pete Kimberley

[1] In this article, the four main Kurdish parties are : - the PKK, created during the Cold War by Abdullah Öcalan, of Marxist-Leninist obedience. - the YPG, created by Turkish political exiles of the PKK in Syria. - the PDK, around the Barzani family in Iraq, whose leaders worked publicly for Mossad during the Cold War, and who remain connected to Israël. - The UPK, around the Talabani family, linked to Iran. [2] The Qizilbash are a Sufi order of Iranian origin. [3] “Today’s Turkey continues the Armenian genocide”, by Thierry Meyssan, Translation Pete Kimberley, Voltaire Network, 14 May 2015. [4] “The United States and Israël begin the colonisation of Northern Syria”, Translation Pete Kimberley, Voltaire Network, 2 November 2015. [5] « Erdoğan : déjà 5 359 Kurdes "neutralisés" », Réseau Voltaire, 29 mars 2016. [6] The Nakba (an Arab word meaning ’catastrophe’) signifies the ethnic cleansing and expulsion of between 700,000 and 750,000 Palestinians, during the auto-proclamation of the state of Israël in 1948.
Thierry Meyssan

Thierry MeyssanFrench intellectual, founder and chairman of Voltaire Network and the Axis for Peace Conference. His columns specializing in international relations feature in daily newspapers and weekly magazines in Arabic, Spanish and Russian. His last two books published in English : 9/11 the Big Lie and Pentagate.
L’actuel projet de Kurdistan, soutenu par la France et les États-Unis, n’a aucun rapport avec celui, légitime, reconnu par les mêmes pays lors de la Conférence de Sèvres (1920). Il ne se situe pas du tout sur le même territoire ! Ce pseudo-Kurdistan est uniquement une carotte occidentale pour retourner les Kurdes syriens contre Damas. Sa création ne résoudrait pas la question kurde et provoquerait un conflit comparable à celui qui oppose depuis près de 70 ans Israël aux Palestiniens. Pour démêler la situation actuelle, Thierry Meyssan retrace ici les positions contradictoires des neuf principales puissances extérieures impliquées dans cette affaire.

Les déplacements de forces et les batailles de l’été au Nord de la Syrie paraissent incohérents aux yeux des observateurs. Pourtant chaque force en présence poursuit ses propres objectifs avec ténacité.

Alors que tous les protagonistes déclarent lutter contre Daesh, l’Émirat islamique se déplace, mais ne recule que dans le désert. Le véritable enjeu des événements est l’éventuelle création d’un Kurdistan au détriment des habitants arabes et chrétiens [1]. Voici une analyse des objectifs de guerre des principales forces en présence, étant entendu que la Syrie est un État souverain et qu’aucun des protagonistes ci-dessous n’a le moindre droit de l’amputer pour créer une nouvelle entité.

Neuf réponses à la question kurde, dont sept illégales

1- Daesh ne fera pas obstacle à la création d’un Kurdistan pourvu que ce ne soit pas à l’Est de l’Euphrate L’Émirat islamique créé par John Negroponte, puis le général David Petraeus, en Irak est toujours contrôlé par lui. Ce dernier sous-traite le commandement de cette union des Frères musulmans, des Naqchbandis et des tribus sunnites du désert syro-irakien, à la Turquie. Ainsi, lors de la prise de Jarablous à Daesh par l’armée turque, les jihadistes se sont retirés sans livrer de combat, obéissant à leur mentor turc. Après la bataille d’Aïn al-Arab (Kobané), Daesh a admis le principe d’un Kurdistan, mais pas à l’Est de l’Euphrate. 2- Les avis successifs des États-Unis Le président états-unien Woodrow Wilson avait fixé parmi ses objectifs de guerre, durant la Première Guerre mondiale, la création de l’Arménie, d’Israël et du Kurdistan. À l’issue du conflit, il dépêcha la Commission King-Crane pour évaluer la situation. Celle-ci indiqua : « Les Kurdes revendiquent un très grand territoire, sur la base de leur présence, mais comme ils sont très mélangés avec les Arméniens, les Turcs et les autres, et divisés entre eux en Qizilbash [2], chiites et sunnites, il semble préférable de les limiter à la zone géographique naturelle qui se trouve entre la proposition de l’Arménie sur le nord et de la Mésopotamie au sud, avec le fossé entre l’Euphrate et le Tigre comme la limite Ouest et la frontière persane comme limite Est (…) Il est possible de déplacer la plupart des Turcs et des Arméniens, qui sont peu nombreux, hors de cette zone par un échange volontaire de population et d’obtenir ainsi une province d’environ un million et demi d’habitants, presque tous Kurdes. La sécurité des Chaldéens, Nestoriens et Chrétiens syriens qui habitent dans la région doit être garantie ». La Commission King-Crane a visité la région juste à la fin du massacre des chrétiens, qui dura de 1894 à 1923, d’abord par l’empire ottoman, puis par les Jeunes Turcs avec l’aide de l’Allemagne du IIe Reich et de la République de Weimar [3]. Elle s’est montrée très prudente sur la possibilité de faire vivre des Arméniens dans un État kurde, sachant que les Turcs utilisèrent les combattants kurdes pour massacrer les chrétiens. Depuis novembre 2015, des Kurdes du YPD ont tenté de kurdiser de force les chrétiens assyriens du Nord de la Syrie, ravivant cette ancienne plaie [4]. Quoi qu’il en soit, un Kurdistan fut créé sur le papier par la conférence de Sèvres (1920). Mais face à la révolte turque conduite par Mustafa Kémal, celui-ci ne vit jamais le jour et les États-Unis y renoncèrent par le Traité de Lausanne (1923). On observera sur cette carte, empruntée au site Les Clés du Moyen-Orient, que le président Wilson avait prévu de créer le Kurdistan dans la Turquie actuelle et dans une petite partie du Kurdistan irakien actuel. La Syrie actuelle n’était absolument pas concernée par ce projet.
JPEG - 55.9 ko
Durant la guerre civile turque, la Syrie d’Hafez el-Assad apporta son soutien au PKK sur la base des propositions du président Wilson. Elle accorda l’asile politique au chef du PKK, Abdullah Öcalan, qui prit l’engagement écrit de ne jamais revendiquer de territoire syrien. Alors qu’au recensement de 1962, on ne comptait que 162 000 Kurdes en Syrie, un millions de Kurdes turcs se réfugièrent en Syrie et obtinrent également l’asile politique. Ils sont aujourd’hui 2 millions et ont reçu la citoyenneté syrienne en 2011. Au début de la guerre, ils ont combattu pour défendre la Syrie avec des armes et des salaires fournis par Damas contre les mercenaires islamistes. Changeant d’avis, les États-Unis promirent alors à divers chefs kurdes en Irak, en Syrie et en Turquie de tailler un État pour eux en Syrie s’ils se retournaient contre Damas. Certains ont accepté.
Au début 2014, lorsque le groupe de David Petraeus planifia le développement de Daesh et son invasion d’al-Anbar (Irak), il autorisa le Gouvernement régional kurde d’Irak à conquérir les champs pétroliers de Kirkuk. Ce qui fut fait sans soulever la moindre réprobation internationale, l’opinion publique ne voyant que les crimes commis par Daesh. 3- La Russie soutient les droits de la minorité kurde Dans un premier temps, la Russie a soutenu le projet d’une région autonome kurde en Syrie sur le modèle de ses propres Républiques autonomes. Une représentation du YPG a été ouverte à Moscou, en février. Cependant, confrontée aux réactions indignées des Syriens, elle a pris conscience que la situation de ce pays est différente de la sienne. Les minorités syriennes sont imbriquées de telle sorte qu’il n’y a aucune région où elles soient majoritaires. Au cours des millénaires, la défense du pays s’est organisée à partir du mélange des populations de sorte que, partout, une minorité liée à un éventuel envahisseur puisse protéger le reste de la population. Par conséquent, l’État syrien ne garantit pas les droits des minorités en leur déléguant la gestion de régions distinctes, mais en organisant les institutions et l’administration de manière laïque au double plan religieux et ethnique. La Russie aborde donc aujourd’hui différemment la question kurde. Elle s’est engagée à défendre les droits des minorités en général et de celle-ci en particulier, mais l’a enjoint à choisir son camp : pour ou contre les islamistes. En effet, pour le moment, les Kurdes de toutes tendances luttent contre les islamistes, non pas parce qu’ils sont islamistes, mais pour s’emparer des territoires qu’ils occupent et les occuper à leur tour, à leur profit. Elle les a donc sommés de préciser avec qui ils sont alliés : Washington ou Moscou. 4- La Turquie souhaite la création d’un Kurdistan en Syrie administré par les Barzani Ankara refuse qu’un Kurdistan syrien puisse servir de base arrière au PKK pour s’étendre à son détriment en Turquie. Ankara entretient d’excellentes relations avec le Gouvernement régional du Kurdistan irakien et n’a pas de raison de s’opposer à la création d’un Kurdistan syrien. C’est pourquoi le président Recep Tayyip Erdoğan avait conclu avec l’un des deux co-présidents des YPG syriens un accord secret, en vue de soutenir cet État. Cependant, cet accord n’a pas résisté à la répression des Kurdes turcs par le même Erdoğan après leur percée aux élections législatives de juin 2015 [5]. L’extrême-droite turque, qu’il s’agisse du MHP et des Loups gris ou de la Millî Görüş du président Erdoğan, professe une idéologie raciale. Selon ces partis et milices, la Turquie doit être islamique et fondée sur la race turco-mongole, ce qui implique l’expulsion des chrétiens et des Kurdes. Ce point de vue n’est pas partagé par l’opposition de sorte qu’un grand nombre de Kurdes est parfaitement intégré. Lorsque le fondateur des Loups gris, Alparslan Türkeş, devient vice-Premier ministre et évoque publiquement la possible liquidation des Kurdes sur le modèle de la liquidation des chrétiens lors du génocide des Arméniens et des Grecs pontiques, Abdullah Öcalan crée le PKK. Il obtient l’asile politique à Damas jusqu’en 1998, date à laquelle Ankara menace d’écraser son voisin s’il continue à l’héberger. Hafez el-Assad demande alors à Öcalan de trouver un autre pays d’accueil. Il sera finalement enlevé par le Mossad, avec l’aide des Kurdes du PDK, au Kenya et emprisonné en Turquie. 5- L’Iran est opposé à la création d’un Kurdistan Environ 4,5 millions de Kurdes sont Iraniens. Ils disposent d’une région où ils sont majoritaires. S’ils disposent de l’égalité juridique, leur région reste l’objet de discriminations et est moins développée que celles peuplées par des Perses. La République islamique est très attachée à l’intangibilité des frontières, d’autant que la création d’un nouvel État pourrait encourager le séparatisme d’autres minorités, comme les Baloutches. Enfin, l’Iran étant l’allié de la Syrie ne saurait admettre qu’un Kurdistan soit créé à son détriment. 6- Le Gouvernement régional kurde d’Irak est favorable à la création d’un Grand Kurdistan à cheval sur l’Irak et la Syrie Le Gouvernement régional kurde d’Irak considère avec inquiétude les Kurdes de Syrie. En effet, les deux groupes de population ne parlent pas la même langue (le Gorani et le Kurmandji) et ont eu une histoire conflictuelle durant la Guerre froide. Les Kurdes d’Irak filtrent l’entrée chez eux des Kurdes de Syrie, interdisant l’accès de leur territoire à ceux qu’ils soupçonnent d’être toujours liés au PKK turc. Le président Massoud Barzani s’est auto-prorogé au pouvoir depuis 2012, empêchant la tenue d’élections. Il a institué un régime corrompu et autoritaire, n’hésitant pas à faire assassiner ses opposants. Il a étendu de 40 % le territoire de sa région avec l’aide de Daesh, annexant les champs pétroliers de Kirkouk, puis a écoulé le pétrole volé par Daesh au moyen de son pipe-line. La conquête de la zone hachurée sur la carte ci-dessous permet une continuité géographique entre sa région et un éventuel Kurdistan au Nord de la Syrie.
JPEG - 40.2 ko
Après avoir soutenu Daesh durant la bataille d’Aïn al-Arab (Kobané), le Gouvernement régional kurde d’Irak s’est rapproché du YPG à la demande de Washington et lui a fourni une assistance symbolique. Le « président » Massoud Barzani annonce régulièrement que sa région va proclamer son indépendance et envisage d’annexer alors une partie de la Syrie. Cependant, il est fermement opposé à la création d’un Kurdistan dirigé par Saleh Muslim. 7- Israël est favorable à la création d’un Grand Kurdistan en Irak et en Syrie, mais pas en Turquie Pour assurer sa sécurité, Israël a d’abord poussé à la création de zones démilitarisées à sa frontière au détriment de ses voisins : le Sinaï égyptien et le Sud du Liban. Cependant avec le développement des missiles, il a abandonné cette stratégie et évacué aussi bien le Sinaï que le Sud du Liban. Depuis 1982, il développe une stratégie consistant à contrôler par l’arrière les trois grandes puissances de la région que sont l’Égypte, la Syrie et l’Irak. Pour ce faire, il a poussé à la création d’un État indépendant, le Soudan du Sud, et pousse aujourd’hui à la création d’un Grand Kurdistan à cheval sur la Syrie et l’Irak. Depuis la Guerre froide, Israël entretient des relations très étroites avec le clan Barzani, aujourd’hui au pouvoir dans le Kurdistan irakien. 8- La France est favorable à la solution du problème kurde sans atteinte au territoire turc En 2011, les ministres des Affaires étrangères français et turc, Alain Juppé et Ahmet Davutoğlu, ont signé un Traité prévoyant le soutien de la Turquie dans les guerres contre la Libye et contre la Syrie (qui n’avait pas encore commencé) en échange du soutien à l’adhésion turque à l’Union européenne et de la solution à la question kurde au détriment des voisins de la Turquie. En d’autres termes, la France s’est engagée à créer un État indépendant, soit en Syrie, soit en Irak, soit à cheval sur les deux pays, afin de pouvoir y expulser les membres du PKK. Ce Traité, qui planifie des crimes contre l’humanité, est bien entendu resté secret et n’a pas été ratifié par les parlements respectifs. Le 31 octobre 2014, le président François Hollande a reçu Recep Tayyip Erdoğan à l’Élysée. L’un des deux co-présidents du YPG syrien, Saleh Muslim s’est joint secrètement à leur réunion. Les trois hommes se sont engagés à créer un Kurdistan en Syrie, au détriment de ses habitants actuels, dont Saleh Muslim serait « nommé » président. Cependant, après la bataille d’Aïn al-Arab (Kobané en Kurde kumandji), le président Hollande a reçu, publiquement cette fois, à la demande des États-Unis, l’autre co-président du YPG, Asya Abdullah, suscitant la fureur d’Ankara (8 février 2015). En effet, Madame Abdullah est réputée fidèle au chef du PKK, Abdullah Öcalan, et donc opposée à une présidence de Saleh Muslim. Changeant une nouvelle fois de position après les attentats de Paris, la France a fait adopter par le Conseil de sécurité la résolution 2249 autorisant à intervenir militairement contre Daesh, ce qui fournit un excellent alibi pour créer le nouvel État. Mais les États-Unis et la Russie retoquèrent au dernier moment le projet français de sorte que Paris ne puisse intervenir en Syrie sans l’aval de Damas. 9- Les trois principales factions kurdes sont favorables à la création d’un Kurdistan, n’importe où, pourvu qu’elles le contrôlent et pas leurs rivales Les Kurdes se sont divisés durant la Guerre froide entre pro-US (PDK) et pro-Russes (PKK). Le YPG représentant les réfugiés du PKK en Syrie. À ce clivage fondamental s’en sont ajoutés d’autres de sorte qu’il existe aujourd’hui une vingtaine de partis politiques kurdes. La société kurde est organisée selon un système clanique qui rappelle celui du Sud de l’Italie, de sorte que les appartenances politiques se décident par famille plutôt qu’individuellement. Au XVIIIe et XIXe siècles, les dirigeants kurdes ont toujours privilégié les alliances avec de Grandes puissances plutôt qu’avec les gens avec qui ils vivaient. De la sorte, ils ont tiré leur épingle du jeu au détriment de leur propre peuple ; une situation qui n’est pas sans rappeler le comportement des dirigeants maronites au Liban. En 1974-75, les Kurdes d’Irak s’allièrent aux États-Unis contre Ahmad Hassan al-Bakr. Mais ils n’intervinrent pas lorsque celui-ci les réprima. Interrogé par une commission sénatoriale pour savoir s’il n’avait pas honte de les avoir abandonnés, le secrétaire d’État Henry Kissinger répondit sèchement : « La politique extérieure des États-Unis n’est pas une affaire philanthropique ». Les leaders kurdes qui ont accepté le projet états-unien avec l’espoir d’accéder à des fonctions importantes dans le futur État refusent d’endosser la responsabilité de la Nakba s’ils devaient être écartés du futur pouvoir [6]. Il conviendrait en effet d’expulser ou de massacrer les populations arabes et chrétiennes assyriennes qui habitent le Nord de la Syrie et qui les avaient accueillis.

Usage récent de la force pour pousser chacun de ces projets

Au cours de l’été 2016, les États-Unis ont directement soutenu les FDS (c’est-à-dire des membres des YPG et quelques mercenaires arabes et chrétiens) pour prendre la ville de Manbij à Daesh, qu’ils soutiennent indirectement via la Turquie. Dès la victoire acquise, le Pentagone a contraint le YPG à se retirer de la ville qu’il venait de conquérir au profit de groupes opposés à Damas.
JPEG - 36.7 ko
Le 23 août 2016, au Palais blanc, le président turc Recep Tayyip Erdoğan et son homologue kurde d’Irak Massoud Barzani ont conclu une alliance contre les autres Kurdes.
Le 23 août, le président du Gouvernement régional du Kurdistan irakien, Massoud Barzani, a été reçu avec les honneurs par les principaux dirigeants turcs. Il a notamment eu un entretien de deux heures avec le président Erdoğan. Le Kurdistan irakien a apporté son soutien à la Turquie contre les Kurdes du PKK et établi avec elle un plan pour détruire ses installations dans les montagnes irakiennes. En outre, les deux parties ont évoqué la coopération énergétique —probablement la manière de continuer à écouler le pétrole volé par Daesh—. Le jour même, l’armée turque est entrée en territoire syrien et a pris à Daesh la ville de Jarablous (entre la frontière et Manbij). Cette opération s’est faite sans combattre car Daesh a obéi à son mentor turc. Au demeurant, il n’y a jamais eu pour le moment de bataille, ni ici, ni ailleurs, entre l’armée turque et Daesh. Cherchant à pousser son avantage, l’armée turque a poursuivi sa progression en prenant des villages et en se rapprochant de Manbij. Bien que les États-Unis lui aient ordonné de stopper, elle a continué sa marche. La CIA a alors donné des missiles anti-tanks au YPG qui les a tirés d’abord sur les tanks turcs (mais pas à Jarablous), puis sur l’aéroport turc de Diyarbakır. Comprenant le message, l’armée turque s’est repliée sur Jarablous et a donné les villages du sud de la ville à des milices turkmènes agissant cette fois sous le drapeau vacant de l’Armée syrienne libre. Le lendemain de la visite de Massoud Barzani, le vice-président états-unien Joe Biden s’est également rendu en Turquie. Lorsqu’il était sénateur, il avait déposé une proposition de loi visant à proclamer l’indépendance du Kurdistan irakien. Il a annoncé avoir demandé au YPG de se retirer de l’Ouest de l’Euphrate —une zone qui inclut Manbij—, faute de quoi Washington cesserait tout soutien « aux » Kurdes. Cependant comme Daesh a déjà fait savoir qu’il ne laisserait pas le YPG s’implanter à l’Est de l’Euphrate, on ne comprend pas bien quel territoire il lui reste. En définitive, un accord tacite a été convenu entre Ankara et Damas pour faire obstacle à un Kurdistan administré par le YPG, tandis qu’un autre accord a été officiellement conclu entre le Pentagone et le YPG pour qu’ils ne se tirent pas dessus mutuellement. Les États-Unis en sont à leur cinquième position sur le Kurdistan en moins d’un siècle.
[1] Dans cet article, les quatre principaux partis kurdes sont : - le PKK, créé durant la Guerre froide par Abdullah Öcalan, d’obédience marxiste-léniniste. - le YPG, créé par les exilés politiques Turcs du PKK en Syrie. - le PDK, autour de la famille Barzani en Irak, dont les dirigeants ont publiquement travaillé pour le Mossad durant la Guerre froide et qui restent liés à Israël. - l’UPK, autour de la famille Talabani, lié à l’Iran. [2] Les Qizilbash sont un ordre soufi d’origine iranienne. [3] « La Turquie d’aujourd’hui poursuit le génocide arménien », par Thierry Meyssan, Réseau Voltaire, 26 avril 2015. [4] « Les États-Unis et Israël débutent la colonisation du Nord de la Syrie », Réseau Voltaire, 1er novembre 2015. [5] « Erdoğan : déjà 5 359 Kurdes "neutralisés" », Réseau Voltaire, 29 mars 2016. [6] La Nakba (mot arabe signifiant catastrophe) désigne le nettoyage ethnique et l’expulsion de 700 à 750 000 Palestiniens, lors de l’auto-proclamation de l’État d’Israël en 1948.
Thierry Meyssan

Thierry MeyssanConsultant politique, président-fondateur du Réseau Voltaireet de la conférenceAxis for Peace. Dernier ouvrage en français : L’Effroyable imposture : Tome 2, Manipulations et désinformations (éd. JP Bertand, 2007). Compte Twitter officiel. Поддерживаемый Францией и США проект создания Курдистана не имеет ничего общего с проектом, одобренным этими странами на Севрской конференции (1920 г.). Да и создаётся он совсем не на той территории. Этот псевдо-Курдистан представляет собой морковку, с помощью которой Запад намерен повернуть сирийских курдов против Дамаска. Его создание не решит курдскую проблему и вызовет такой же конфликт, что более 70 лет разделяет Израиль и Палестину. Чтобы осмыслить сложившуюся ситуацию, Тьерри Мейсан проводит краткий анализ противоречивых позиций девяти главных иностранных держав, вовлечённых в сирийский конфликт.

Именения в расстановке сил и летние бои на севере Сирии кажутся наблюдателям совершенно бессвязными. Тем не менее, все принимающие в конфликте стороны настойчиво преследуют свои собственные цели.

И хотя все заявляют, что борются против ИГИЛ, Исламское государство просто меняет позиции или отступает в пустынные земли. Истинной целью происходящего является создание Курдистана в ущерб арабам и христианам [1]. Ниже приведён анализ военных целей главных сил, принимающих участие в конфликте, с учётом того, что Сирия является суверенным государством, и ни одна из упоминаемых ниже сторон не имеет права отторгать её земли и создавать на них новые государства.

Девять ответов на курдскую проблему, семь из которых незаконные

1 – ИГИЛ не является препятствием на пути создания Курдистана, кроме зоны на востоке Евфрата. Организация «Исламское государство» создана на территории Ирака Джоном Негропонте, а затем его дело было продолжено генералом Дэвидом Петреусом, который до сих пор его контролирует. А командовать этим союзом Братьев-мусульман, Нашбанди и суннитскими племенами из сирийско-иракской пустыни последний поручил Турции. Поэтому во время взятия Джалаблу у ИГИЛ турецкими войсками джихадисты отступили без боя, подчинившись своему турецкому повелителю. После боёв за Айн аль-Араб ( Кобани) ИГИЛ согласился с созданием Курдистана, но только не к востоку от Евфрата. 2 – Соединённые Штаты согласны с созданием Курдистана на территории Сирии Американский президент Вудро Вильсон во время Первой мировой войны обозначил своими целями создание Армении, Израиля и Курдистана. По завершении конфликта для оценки ситуации он создал комиссию Кинга–Крэйна. Последняя указала: «Курды требуют очень большую территорию на местах их проживания, однако они перемешаны с армянами, турками и другими народами и разделены между собою на кызылбашей [2], шиитов и суннитов, поэтому предпочтительно ограничить их в естественной географической зоне, простирающейся с севера на юг от Армении до Месопотамии, и с запада на восток от Месопотамской низменности между Тигром и Евфратом до границы с Персией... Большинство турок и армян, которых не так много, можно выселить по добровольному обмену населением и получить таким образом провинцию с населением около полутора миллионов человек, преимущественно курдов. Безопасность халдеев, несторийцев и сирийских христиан, проживающих в регионе, должна быть гарантирована». Комиссия Кинга-Крэйна посетила регион как раз в конце массовых убийств христиан, которые осуществлялись в период с 1894 по 1923 г. г. сначала Османской империей, а затем Молодыми турками при поддержке II Рейха и Веймарской республики [3]. Она очень осторожно высказалась в отношении возможности заставить армян жить в курдском государстве, учитывая, что турки использовали курдских боевиков в массовом истреблении христиан. С ноября 2015 г. курды из YPD пытались насильно «курдизировать» ассирийских христиан на севере Сирии, бередя старые раны [4]. Как бы то ни было, но Курдистан был создан на бумаге Севрской конференцией (1920 г.), но благодаря турецкому восстанию, возглавляемому Мустафой Кемалем, он так и не увидел свет, и США отказались от его создания при заключении Лозаннского мирного договора (1923 г.) На карте, заимствованной на сайте Les Clés du Moyen-Orient, видно, что президент Вильсон намеревался создать Курдистан на территории Турции и части иракского Курдистана. А Сирия к этому проекту не имеет никакого отношения.
JPEG - 55.9 kb
Во время гражданской войны в Турции Хафез аль-Ассад, руководствуясь предложениями президента Вильсона, оказал РКК (Рабочая партия Курдистана) поддержку. Он предоставил политическое убежище лидеру РКК Абдулле Оджалану, который письменно отказался от притязаний на сирийскую территорию. По данным переписи населения в 1962 г. в Сирии насчитывалось 162 000 курдов, один миллион турецких курдов скрывались на территории Сирии и они были признаны политическими беженцами. Сегодня их насчитывается два миллиона и с 2011 г. они все имеют сирийское гражданство. В самом начале войны они встали с оружием на защиту Сирии против исламских наёмников, и Дамаск оплачивал их. Но США изменили свою политику и пообещали курдским лидерам в Ираке, Турции и Сирии скроить для них на территории Сирии государство, если они повернутся против Дамаска. Некоторые с этим согласились. В начале 2014 г. команда Дэвида Петреуса запланировала расширение ИГИЛ и его вторжение в аль-Анбар (Ирак), одновременно позволив Курдской региональной администрации захватить нефтяные поля Киркука. Что и было осуществлено, при этом никакого осуждения со стороны международной общественности не последовало - весь мир, кроме преступлений, совершаемых ИГИЛ, ничего не видел. 3 – Россия поддерживает права курдов В первое время Россия поддерживала проект создания в Сирии курдской автономной области по аналогии со своими автономными республиками. В феврале месяце в Москве даже было открыто представительство сирийского Курдистана. Однако это возмутило сирийцев, и Москва поняла, что ситуация в Сирии отличается от ситуации в России. Сирийские национальные меньшинства перемешаны до такой степени, что нет ни одного региона, где какой-либо народ был преобладающим. В течение многих тысячелетий оборона страны строилась с учётом многонационального состава населения, так что любой народ, имевший связи с агрессором, мог защитить остальные народы. То есть сирийское государство не гарантирует права меньшинств, отдавая в их руки управление тем или иным регионом - институты власти в Сирии организованы по светским принципам с учётом религиозных и этнических различий. Теперь Россия трактует курдский вопрос иначе. Она защищает права всех меньшинств и курдов в частности, но обязывает последних присоединиться к одному из двух лагерей – за или против исламистов. Сегодня курды борются против исламистов, но не потому, что они исламисты, а чтобы завладеть территориями, которые они захватили, и спокойно поселиться на них. Поэтому Россия потребовала от них определиться с кем они, с Вашингтоном или с Москвой. 4 – Турция намерена создать Курдистан на территории Сирии под управлением клана Барзани Анкара не приемлет сирийский Курдистан в виде тыловой базы РКК с её дальнейшим распространением на территорию Турции. Анкара поддерживает превосходные отношения с региональным правительством иракского Курдистана и у неё нет оснований выступать против создания сирийского Курдистана. Вот почему президент Реджеп Тайип Эрдоган заключил с одним из двух сопредседателей сирийских YPG тайное соглашение о поддержке этого государства. Однако это соглашение утратило смысл из-за репрессий курдов тем же Эрдоганом после их прорыва на парламентских выборах 2015 г. [5]. Турецкие ультраправые, будь то «Партия национального действия» (МHP) и «Серые волки» или движение Millî Görüş (Национальное видение) президента Эрдогана, исповедуют расистскую идеологию. Она заключается в том, что Турция должна быть исламским государством, и населять её должны тюрко-монголы, что предполагает изгнание христиан и курдов. Оппозиция отвергает эту точку зрения, так что большинство курдов пока живут без проблем. Когда основатель «Серых волков» Альпарслан Тюрк становится заместителем Премьер-министра и публично заявляет о ликвидации курдов по аналогии с геноцидом христиан и понтийских греков , Абдулла Оджалан создаёт РКК. Дамаск предоставляет Оджалану политическое убежище вплоть до 1998 г., когда Анкара начинает грозить своему соседу стереть его в порошок, если он будет продолжать укрывать его. Хафез аль-Ассад требует, чтобы Оджалан нашёл себе другую приёмную страну. В итоге, Оджалан будет похищен Моссадом в Кении не без помощи курдов из PDK (Демократическая партия Курдистана) и окажется в турецких застенках.
5 – Иран выступает против создания Курдистана Около 4,5 миллионов курдов проживают в Иране. В основном, они компактно проживают в одном регионе. И хотя юридически они обладают равными правами, их регион остаётся объектом разного рода дискриминаций и экономически менее развит, чем области, населённые персами. Исламская Республика очень ревностно относится к неприкосновенности своих границ, а создание нового государства могло бы спровоцировать сепаратизм других меньшинств, например белуджей. Наконец, Иран, будучи союзником Сирии, не может допустить создания Курдистана на её территории. 6 – Региональное правительство иракских курдов не против создания Большого Курдистана на территории Ирака и Сирии Региональное правительство иракских курдов с тревогой наблюдает за действиями сирийских курдов. На самом деле, они говорят на разных наречиях (горанийском и курманджи) и во время Второй мировой войны воевали друг с другом. Иракские курды не допускают проникновения на свою территорию сирийских курдов, как и всех тех, кого они подозревают в связях с турецкой РКК. Президент Иракского Курдистана Масуд Барзани после 2012 г. самовольно остаётся во власти не проводя никаких выборов. Возглавляемый им авторитарный режим коррумпирован, а оппозиция жестоко подавляется. С помощью ИГИЛ он расширил на 40% территорию иракского Курдистана , аннексировав нефтяные поля Киркука, а краденую ИГИЛом нефть он транспортирует по своему нефтепроводу. Захват территории, представленной на нижеприведённой карте штрихами, позволит соединить иракский Курдистан с псевдо-Курдистаном на севере Сирии.
JPEG - 40.2 kb
Поддержав ИГИЛ во время боёв за Айн аль-Араб (Кобани), региональное правительство иракских курдов по требованию Вашингтона сблизилось с YPG и оказало ему символическую поддержку. «Президент» Масуд Барзани постоянно твердит о том, что его регион в скором времени провозгласит независимость и аннексирует часть территории Сирии. При этом он категорически против того, чтобы Курдистан возглавил Салех Муслим. 7 – Израиль поддерживает создание Большого Курдистана в Ираке и Сирии, но не в Турции Для обеспечения собственной безопасности Израиль сначала стремился создать демилитаризованные зоны на территории своих соседей – в египетском Синае и Южном Ливане. Однако с развитием техники изготовления реактивных снарядов он отказался от этой идеи и оставил в покое и Синай, и Южный Ливан. Начиная с 1982 г. он придерживается стратегии, суть которой состоит в том, чтобы контролировать с тыла три региональные державы Египет, Сирию и Ирак. Ради этого он стремится создать независимое государство Южный Судан, а тем временем поддерживает создание Большого Курдистана на территории Сирии и Ирака. С самого начала холодной войны Израиль поддерживает тесные отношения с кланом Барзани, находящегося сегодня у власти в иракском Курдистане. 8 – Франция поддерживает решение курдской проблемы без посягательств на турецкую территорию В 2011 г. министр иностранных дел Франции Ален Жюпе и его турецкий коллега Ахмет Давутоглу подписали договор, предусматривающий поддержку Турции в войне против Ливии и Сирии (которая в то время ещё не началась) в обмен на поддержку вступления Турции в ЕС и разрешение курдского вопроса в ущерб турецким соседям. Иными словами, Франция вступила в сговор по созданию независимого государства либо на территории Сирии, либо на территории Ирака, либо на территории Ирака и Сирии и изгнании в него членов РКК. Этот договор может быть классифицирован как преступление против человечности, и, разумеется, он до сих пор не рассекречен и парламентами этих стран не ратифицирован. 31 октября 2014 г. президент Франции Франсуа Олланд принимает в Елисейском дворце Реджепа Тайипа Эрдогана. На встрече тайно присутствует также и один из сопредседателей сирийских YPG Салех Муслим. Втроём они договариваются о создании Курдистана на территории Сирии без согласия жителей, а его президентом «назначают» Салеха Муслима. Однако после боёв за Айн аль-Араб ( Кобани на курдском наречии куманди) президент Олланд 8 февраля 2015 г. на этот раз публично принимает по требованию США другого сопредседателя YPG Асю Абдуллу, что вызывает в Анкаре гнев. Конечно, г-жа Абдулла слывёт приверженцем лидера РКК Абдуллы Оджалана и, следовательно, она не поддерживает выдвижение Салеха Муслима. После терактов в Париже Франция вновь меняет свою позицию и представляет в СБ ООН резолюцию 2249, разрешающую военное вмешательство против ИГИЛ, что явилось бы для неё превосходным алиби на создание нового государства. Однако США и Россия в последний момент возражают против французского предложения, и, в итоге, Париж не получает права вмешиваться в Сирию без согласия Дамаска. 9 – Три основных курдских народностей поддерживают создание Курдистана где угодно, лишь бы им руководили курды, а не их соперники Во время холодной войны курды разделились на проамериканских (PDK) и пророссийских (РКК). А YPG – это беженцы из РКК, проживающие в Сирии. К этой фундаментальной причине добавляются и ряд других, так что сегодня у курдов насчитывается порядка двадцати политических организаций. Для курдов характерна клановая система аналогично клановой системе на юге Италии. Поэтому политическую принадлежность определяет не индивид, а клан, к которому он принадлежит. В XVIII и XIX веках курдские лидеры поощряли союзы с великими державами, а не с народами, которые проживали рядом с ними. Они всегда стремились выйти сухими из воды не задумываясь о последствиях для своего народа. Уместно при этом вспомнить, как вели себя маронитские лидеры в Ливане. В период 1974-75 г.г. курды примыкают к США и ведут наступление против Ахмада Хассана аль-Бакра. Но когда последний их одолел, США не стали вмешиваться. На вопрос сенатской комиссии о том, не стыдно ли ему за то, что он оставил курдов, госсекретарь Генри Киссинджер сухо ответил, что «внешняя политика Соединённых Штатов не имеет отношения к филантропии». Курдские лидеры, согласившиеся с американским проектом в расчёте получить высокие должности в будущем государстве, не хотят взваливать на себя ответственность за Накбу, когда их отстранят от власти [6]. Действительно, в этом случае не обойтись без изгнания и массового уничтожения арабов и ассирийских христиан, проживающих на севере Сирии и некогда приютивших курдов на своей земле.

* * *

Всё лето 2016 г. США напрямую поддерживали «Демократические силы Сирии» (в состав FDS входят курдские YPG да несколько арабских и христианских наёмников) во время осады города Манбидж, занятого ИГИЛом, которого они тайно поддерживают через Турцию. После того, как была одержана победа, Пентагон вынудил YPG отдать только что завоёванный город оппозиционным Дамаску формированиям.
JPEG - 36.7 kb
23 августа 2016 г. в Белом Дворце президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и его курдский коллега из Ирака Масуд Барзани заключили двустороннее соглашение, направленное против курдов, проживающих в других странах.
23 августа председатель регионального правительства иракского Курдистана Массуд Барзани был почётным гостем многих турецких лидеров. Он, в частности, имел двухчасовую беседу с президентом Эрдоганом. Иракский Курдистан оказал Турции поддержку против РКК и разработал совместный план по ликвидации укреплений в иракских горах. Кроме того, обе стороны обсудили вопросы сотрудничества в сфере энергетики, но, скорее всего, речь шла о том, чтобы продолжать транспортировать краденую ИГИЛом нефть. В этот же день турецкие войска вторглись на территорию Сирии и отвоевали у ИГИЛ город Джараблус (между городом Манбидж и границей). Эта операция была осуществлена без боя, так как ИГИЛ беспрекословно подчиняется турецкому повелителю. В итоге, ни здесь, ни где-либо в других местах, ни одного боя между турками и ИГИЛ не было. Пытаясь закрепить свои преимущества, турецкие войска продолжили наступление, захватывая новые поселения и приближаясь к Манбиджу. И хотя США приказали остановиться, они продолжала наступать. Тогда ЦРУ передало курдским YPG противотанковые снаряды, которые те направили сначала на турецкие танки (но не на Джараблус), а потом на турецкий аэропорт Диярбакыр. Поняв намёк, турецкие войска, долго не мешкая, отступили к Джараблусу и отдали южные подступы к городу вооружённым отрядам туркоманов, действующим на этот раз под вакантным флагом так называемой «Свободной сирийской армии». На следующий после визита Масуда Барзани день Турцию посетил вице-президент США Джо Байден. В бытность сенатором он представил проект закона о предоставлении иракскому Курдистану независимости. Он потребовал, чтобы YPG покинули зону, расположенную к западу от Евфрата, включая город Манбидж, в противном случае Вашингтон прекратит поддерживать курдов. А ИГИЛ заявило, что оно не позволит YPG обосноваться к востоку от Евфрата, тогда не понятно, где же им теперь находиться. В итоге, Анкара и Дамаск заключили молчаливое соглашение и вместе будут противодействовать созданию Курдистана под началом YPG, а Пентагон и YPG официально договорились не стрелять друг в друга, несмотря на крутой поворот Вашингтона по созданию Курдистана.

Перевод Эдуард Феоктистов

[1] В статье упоминаются четыре основные курдские партии : - PKK - Рабочая партия Курдистана марксистско-ленинского толка, создана во время холодной войны Абдуллой Оджаланом. - YPG - курдские отряды народной самообороны, созданы в Сирии турецкими политическими беженцами из PKK. - PDK - Демократическая партия Курдистана во главе с кланом Барзани в Ираке, её руководители публично сотрудничали во время холодной войны с Моссадом и они до сих пор связаны с Израилем. - UPK – Патриотический союз Курдистана, во главе которого стоит клан Талабани, связанный с Ираном. [2] Кызылбаши – суфийская секта иранского происхождения. [3] « La Turquie d’aujourd’hui poursuit le génocide arménien », Тьерри Мейсан, Réseau Voltaire, 26 апреля 2015. [4] « Les États-Unis et Israël débutent la colonisation du Nord de la Syrie», Réseau Voltaire, 1 нояября 2015. [5] « Erdoğan : déjà 5 359 Kurdes "neutralisés" », Réseau Voltaire, 29 марта 2016. [6] Накба (по-ирански катастрофа) означает этническую чистку и изгнание от 700 до 750 тысяч палестинцев после самопровозглашения Израильского государства в 1948 г.
Тьерри Мейсан

Тьерри МейсанПолитический консультант, президент-основатель интернет-издания Réseau Voltaire и конференции Axis for Peace. Последняя публикация на французском языке : L’Effroyable imposture : Tome 2, Manipulations et désinformations (изд-во JP Bertand, 2007 г.).