Грач Каприелян, армянский меценат и бизнесмен, проживающий в Швейцарии, является председателем правления ЗАО «Арцахбанк» и генеральным директором швейцарской элитной часовой компании «Franck Muller USA».

Грач утверждает, что родился в Константинополе, что отражает как разнообразие города, так и гордость его семьи, происхождение которой восходит к средневековью.

Семейное наследие Грача — это работа, которая его обязывает и является стимулом. Он импульсивен и готов к борьбе, он человек действий, а не слов. Его имя означает «огненное око» — языческий символ, позволяющий проникнуть в душу человека.

Боевое детство

Грач родился в 1953 году. «Когда мы были детьми, мы играли с соседскими мальчиками. Мы были армянскими солдатами, а они были турецкими солдатами. Иногда мы их били, но, будучи больше по численности, они били нас чаще», — вспоминает он. Развод родителей сильно на него повлиял. «Тогда мне было просто обидно. Однажды вечером я просто стал желанным гостем в доме своих друзей», — вспоминает Грач. В этом возрасте он стал политизированным молодым человеком. «Большинство молодых людей находились под влиянием коммунистов и социалистов. Равенство, мир, справедливость — вот наши ценности», — сказал он.

Золотое наследие

Дед Грача по материнской линии, ювелир по профессии, родился в Варне, Болгария. «Жирайр был сильным, но мягким и порядочным человеком, — вспоминает Грач. – «Люди доверяли ему свое золото: он ткал, чистил, создавал что-то более дорогое».  

Отец Грача, Гегмес, тоже был ювелиром. Выросший в доме, где производили драгоценности, Грач начал торговать талисманами и добился успеха в возрасте всего 13 лет.

Пять лет спустя он уехал в Америку, чтобы жить со своими бабушкой и дедушкой Жирайром и Агавни, которые переехали в Нью-Джерси.

«Я начал свой бизнес в возрасте 23 лет. Сначала я работал ювелиром, но вскоре я начал проектировать и создавать свои собственные украшения. Когда мне исполнилось 30 лет, я заработал свой первый миллион в этом возрасте», — говорит он.

В 1989 году Грач уехал в Армению. «После землетрясения все, что мы хотели сделать, это помочь людям», — сказал он. С тех пор он профинансировал множество проектов и стал заботливым крестным отцом более чем 50 детям. Помимо банка, строительной компании, у него и его деловых партнеров, есть фермы в Армении и в Нагорно-Карабахской Республике. Широкой публике он также известен как президент ереванского футбольного клуба «Арарат».

По словам бабушки, Грач не был в Турции 45 лет. «Я не уверен, что смогу контролировать свой гнев», — сказал он. Могут возникнуть очень сильные переживания, которые невозможно легко объяснить. Зло, боль, бессилие, смятение, любовь, печаль, гнев — это лишь некоторые из немногих, которые до сих пор не дают ему покоя. Бурная история его страны и семьи оправдывает все это.

В 14 веке нашествия кочевых племен и землетрясения превратили бывшую столицу Армении Ани в руины. Предки Грача перебрались на Крымский полуостров, один из древнейших городов, где проживает много депортированных армян. Примерно в 1700 г. они решили вернуться. «Часть нашей семьи уехала в Калейчик, город недалеко от Анкары. Так сказала мне мать моего отца, Гулизар, женщина, с которой я провел большую часть своей жизни», — говорит Грач. Это она, а не его родители, рассказал Грачу о геноциде. 

«Мне было всего семь лет, а ей уже 80 лет. Жизнь была жестока по отношению к ней. Она много курила, она сидела рядом с ним и делилась своими воспоминаниями». Грач вспоминает: «Твоего деда Нерсеса люди называли Ага, в знак большого уважения. У нас были виноградники, мастерская, несколько домов. Однажды ночью четверо турок привели к нам в дом 15 лошадей. Они убеждали мужчин немедленно уйти, потому что на следующий день должно было случиться плохое. Но они отказывались оставлять свои семья. На следующее утро они снова прибыли в село и арестовали 17 членов мужского пола, чтобы застрелить. Это была судьба многих армян. Единственным, кто выжил, был 13-летний Минас, которому пришлось стать свидетелем всех зверств. Офицер приказал пощадить его, так как он был еще ребенком. В итоге этот офицер спас жизни 28 мальчиков. По дороге домой мальчиков хотели застрелить другие, но телохранитель сказал, что ему приказали отвести их домой. Вернувшись в деревню, Минас все еще был потрясен. По старинному обычаю он должен был выпить кровь молодой собаки, которая должна была вылечить его и он снова сделать его сильным».

«У нас с твоим дедом было 13 детей, твой отец  Гегмес был нашим самым младшим. Он родился в пути во время депортации. У нас не было воды и еды. Наш маленький мальчик болел дизентерией, я была уверена, что он скоро умрет. Надеясь, что хорошие люди позаботятся о нем, я собиралась бросить его, потому что у меня было 12 детей, которые нуждались во мне. Но моя невестка держала его на руках, пока мы не дошли до курдской деревни, где ему дали виноградный сок. В народе его называли сыном Нерсеса Аги. Так он выжил, а остальные восемь наших детей погибли». Всю свою жизнь Гегмес страдал от тоски по отцу. Выжившие вернулись в свою деревню. Однажды Гюлизар увидела кольцо Нерсеса на руке другого человека и потеряла сознание. В глубине души она надеялась на чудо. Некоторым членам семьи Каприелян ничего не оставалось, кроме как принять ислам или изменить свои имена.

Гюлизар и несколько человек перебрались в Константинополь, а некоторые счастливчики сбежали в Россию. Спустя десять лет они вернулись из России, чтобы найти своих родственников. Они стали успешными торговцами камчатским мехом и хотели присоединиться к своим родственникам. Они разместили объявления о пропавших без вести в армянских газетах, но их никто никогда не видел, Гегмес был еще ребенком, а все женщины умели читать по-турецки. День за днем ​​Гюлизар передавала Грачу истории этого длинного эпоса. По словам Грача, Гулизар рассчитывала, что он отомстит за чудовищные преступления. Но я обязан ей своей армянской идентичностью», — говорит Грач.

Можно ли вообще отомстить злу, не совершив еще большего зла? Грач признал, что на этот вопрос нет простых ответов. Он научился быть верным Каприеляну, не чувствуя себя виноватым. «Потомки выживших не могут вести нормальную жизнь», — сказал он. «Это как болезнь, на лечение которой может потребоваться не один, а два столетия». 

Патриотизм Грача — движущая сила его преданности Армении. В то же время он говорит: «Могу ли я ненавидеть кого-то только за то, что он турок? Я не могу таким быть».

Источник:

https://bit.ly/3ooqTik