КАМЫШЛИ (Сирия), 9 дек – РИА Новости, Михаил Алаеддин. Добровольцы из народного ополчения христиан-ассирийцев при поддержке командования сирийской армии в течение нескольких месяцев смогли организовать боеспособное подразделение для борьбы с террористической группировкой «Исламское государство» на северо-востоке Сирии. В провинции Эль-Хасаке они успешно проявили себя при обороне одноименного города и ряда других стратегических населенных пунктов в данном регионе страны.

Корреспондент РИА Новости побывал в военной академии христианского ополчения — «Ситоро» (на староарамейском языке — «Защита»), где обучают боевым навыкам молодых добровольцев. И стал свидетелем оперативных действий ассирийской внутренней полиции по обеспечению безопасности христианских кварталов.

Христиане воюют за Сирию

Ради знакомства с малоизвестным ополченческим движением «Ситоро» необходимо попасть в его вотчину — сирийский город Камышли, граничащий с Турцией. В сам центр одной из древнейших христианских конфессий попасть сложно: все наземные пути отрезаны террористами из ДАИШ (ИГИЛ – араб.), единственный путь — авиасообщение.

Рано утром маленький самолет сирийских авиалиний доставил нас в аэропорт города Камышли. Всего час полета — и ты оказываешься в немноголюдном уютном городке где-то на краю Сирии, где мирно проживают ассирийцы, курды и арабы.

Нас встретили сопровождающие из ассирийского ополчения. После буквально пяти километров поездки к месту штаба «Ситоро» стало понятно, что за безопасностью сирийская армия и многочисленные группы ополчения здесь следят крайне внимательно.

Увы, места расположения врагов до сих пор находятся всего в нескольких десятках километров от города, с севера недалеко до Ирака. Военные и ополченцы находятся в постоянной координации и готовности.

Прилетев утром, мы стали свидетелями уроков подготовки христианского ополчения – другими словами, попали с корабля на бал.

В академии «Ситоро» ежемесячно выпускаются от 50-100 бойцов. Прежде чем принять участие в реальных боевых действиях необходимо пройти ускоренный курс молодого бойца – это стрельба из гранатомета, крупнокалиберных пулеметов, тактика ближнего боя и даже начальные навыки механика, на случай, если транспорт в неподходящий момент выйдет из строя.

«Я ответственный за начальную подготовку бойцов. У нас нет градации, как в армии — есть только те, кто учится, и те, кто учит. Я офицер запаса сирийской армии и, прежде чем начать готовить наших ребят, получил разрешение от командования армии, и они отозвались положительно. Армия нам помогает и оружием, и опытом. Мы все здесь не только ради охраны нашей территории — мы готовы воевать за всю Сирию, неважно в какой провинции», — объясняет глава программы подготовки академии.

Ополченцы тут делятся, в целом, на две категории: одна представляет из себя внутреннюю полицию и отвечает за порядок в кварталах, где проживают христиане, вторая группа ударная, готовая участвовать в прямых боевых столкновениях с террористами из ИГИЛ. Информацию о том, какова точная численность ополченцев, ассирийцы держат в секрете, что не удивительно.

«Мне 22 года, зовут Михаил. Это мой второй курс подготовки. Мне приходилось участвовать в обороне города Эль-Хасаке. Я пошел в ополчение добровольно. Пришедшие в нашу страну иностранцы-террористы хотели захватить ее, убили сотни христиан и мусульман, сожгли наши церкви и забрали в плен сотни ассирийцев только из этой местности. У меня был выбор: бежать за границу или остаться и защищать Сирию. Как видишь, я выбрал второе, и нас таких много», — гордо рассказывает ополченец.

Несколько тысяч террористов «Исламского государства» весной этого года захватили христианские деревни вдоль реки Хабур, казнили сотни ассирийцев, сожгли старинные церкви и четырежды предпринимали попытки захвата административного центра провинции — Эль-Хасаке.

Сирийская армия при поддержке отрядов «Ситоро», курдских сил самообороны (КСС) и бойцов сирийского народного ополчения смогли отстоять город и освободить захваченные боевиками деревни.

Положение остается по-прежнему сложным. Эль-Хасаке с одной стороны граничит с «логовом» ИГИЛ в провинции Ракка, с другой стороны примыкает к провинции Дейр-эз-Зор — там активность проявляют боевики ДАИШ, террористические бандформирования «Джебхат ан-Нусра», «Ахрар аш-Шам» и различные радикальные-исламистские отряды, которых некоторые называют «умеренной вооруженной оппозицией». На севере — граница с Ираком, в городе Камышли проходит граница с Турцией, которая была полностью закрыта практически сразу же после начала конфликта в арабской республике.

Вера в мирное будущее

После нескольких часов в военной академии мы отправились в центр города посмотреть, как ополченцы следят за безопасностью в городе.

В связи с тяжелым положением город, в котором проживало до войны до 500 тысяч человек, сегодня кажется полупустым — узкие улочки и мало машин. Но в центре ассирийского квартала — как на автобусной остановке на «Юго-Западной»: десятки людей в ожидании. Это родители ждут своих детей из школы.

В христианском квартале действуют всего три школы. Несмотря на военную обстановку, местная администрация приняла решение во что бы то ни стало не закрывать школы. В средних учебных заведениях, где преподается обычная государственная программа, без ограничений может учиться ребенок любой конфессии.

«Мы до войны не делили никого по религиям, и сейчас мы все — граждане одной страны, и если у наших соседей есть желание записать своих детей к нам, мы не отказываем. Да, нагрузка возросла больше чем вдвое: в классах, рассчитанных на 30 человек, учатся от 50–55 детей. Помогаеют нам как ассирийская диаспора, так и власти. Безопасность здесь обеспечивают наши мальчики (полиция «Ситоро» – ред.)», — рассказывает о положении дел завуч школы при ортодоксальной церкви города Камышли Самира.

Завуча перебивает стоящий рядом мальчик по имени Мохаммед: «Да, мы учимся все вместе — и проблем нет. Мой брат — в ополчении, а двое старших — в армии, я не видел их уже больше двух лет, но они постоянно звонят и говорят о своих подвигах. А я верю в мирное будущее и не думаю, что мне придется воевать», — говорит улыбчивый 12-летний ученик.

Угроза и безопасность

Ежедневная задача местных ополченцев заключается в оцеплении района школы до выхода учащихся, проверка территории на возможное наличие заминированных автомобилей и любой другой террористической активности. Проверке подвергаются все подозрительные граждане и автомобили на обочинах.

«Мы обязаны проверять все. Вероятность терактов, как показало время, крайне велика. Время богослужений в церкви и окончания уроков в школе считается временем повышенной опасности. В случае обнаружения взрывного устройства, а такое было несколько раз, мы вызываем саперную группу армии, там ребята опытные. Мы эвакуируем людей, они работают со взрывчаткой, все отработано», — рассказывает командир отряда «Ситоро» Ашур.

Вечером, когда мы сидели у шефа ополчения Ахикара, пришла ориентировка о террористической активности в центре ассирийского квартала. Уговорив командира взять нас с собой, мы с группой быстрого реагирования на патрульном джипе уже через считанные минуты оказались на главном перекрестке христианского квартала. Ополченцы, выскочив из кузова, перекрыли движение. Паники у людей на улице не ощущалось: каждый занимался своим делом, лишь с интересом посматривая за развитием событий.

Местные полицейские на протяжении часа только им известным методом проверяли припаркованные автомобили и проезжавший транспорт, который казался им подозрительным. Другая группа провела рейд по окрестным кафетериям и ресторанам, где было на удивление многолюдно.

«К счастью, вызов ложный. Мы оставим часть ребят здесь до ночи ради подстраховки, а основную группу вернем. Подобные вызовы происходят регулярно. Нас здесь не много, и мы все друг друга знаем, как одна семья. Мы выезжаем на каждый звонок. Возможно, именно наша координация с мирными гражданами и доверие стали причинами отсутствия терактов в течение более шести месяцев», — объяснил шеф полиции.

Города Камышли и Эль-Хасаке в последние шесть месяцев не подвергаются минометным и ракетным обстрелам со стороны террористов. Врага удалось отбросить на расстояние от 30 до 70 километров от крупных населенных пунктов. Однако моджахеды регулярно планируют и пытаются проводить теракты. Взрывают в жилых кварталах заминированные автомобили и мотоциклы со смертниками. За минувший год жертвами террористической деятельности стали более сотни человек, включая мирных граждан, военных и ополченцев. Автомобили взрывались возле штаб-квартир сирийского ополчения и курдских сил самообороны, на центральных площадях и на блокпостах правительственных войск. Самый большой теракт был совершен весной этого года в Эль-Хасаке, когда двое смертников на мотоциклах взорвали себя во время карнавала, посвященного курдскому новому году.

Утром мы стояли на балконе в квартире одного из командиров христианского ополчения Джулиана. Перед глазами была пустынная тихая улица, на которой двое подростков охотились на воробьев из пневматического оружия — так же, как любой их сверстник в мирное время это делает в шиитской деревне южного Ливана.

«Я мог бы уехать в Германию, как многие наши ребята. Но видишь этих парней — они заслуживают мирного будущего и вот этого беспечного утра. Мой долг, как и любого сирийца, искоренить убийц, пришедших на нашу землю. Я знаю, что мусульмане, друзы и все остальные думают так же. Террористов поддерживают многие страны и давно. Нам бы немного больше поддержки, и мы вернем мир на нашу землю очень быстро — это наша главная задача», — говорит Джулиан, крепко вцепившись руками в перила балкона.

После того, как мы всего двое суток пробыли в сирийском городке на северных границах страны и поговорили с людьми абсолютно разных конфессий, стало ясно, что война в этой арабской стране — не гражданская и не религиозная. Здесь обычные люди хотят вернуться к своей мирной жизни, освободив свою землю от иностранных моджехадов, которые пытаются навязать средневековые порядки, основанные на преследовании «неверных» и убийстве «несогласных».