Монастырь долгое время пустовал, территория служила как пастбище для скота, храм вернул себе былое величие только после того, как вернулся под контроль Арцаха, отмечает в репортаже для ИА Реалист журналист Алина Серегина

СТЕПАНАКЕРТ (ИА Реалист). Так уж вышло, что живу я в Армении уже несколько лет, но еще ни разу не была в Арцахе. И печально осознавать тот факт, что к поездке меня побудила война. Оставалось всего несколько дней, прежде чем большая часть Арцахских земель должна была перейти Азербайджану. Тогда я и узнала о существовании старинного армянского монастыря Дадиванк. Интересно что первый камень, будущего фундамента монастыря был воздвигнут в первом веке н.э. на могиле погибшего Святого Дади, ученика одного из последователей Иисуса Христа.

Одна из княгинь династии Закарян Арзу-Хатун в 1240 году подарила монастырю два хачкара. Эти были единственные в своем роде уникальные хачкары, подобных которым не существует на свете. Главный монастырь Армянской Апостольской Церкви Святой Эчмиадзин забрал хачкары княгини с территории Дадиванк, в целях безопасности уже в наши дни.

Архитектурный комплекс расположен на высоте 1100 м на южном склоне лесистой горы, неподалеку от берега реки Тертер. В первой половине 13 века монастырь был разрушен сельджуками, но вскоре восстановлен. Дадиванк стал епископской резиденцией: на территории монастыря располагались деревни и поместья. Земля и вся округа монастыря процветала, что стало причиной неоднократных нападений и разрушений. Дадиванк долгое время пустовал, территория служила как пастбище для скота, и только после того, как район перешел под контроль Арцаха, комплекс постепенно начал приобретать свое былое величие.

С установлением Советской власти все монастырские владения были национализированы, а Дадиванк был передан в подчинение азербайджанским властям и вновь опустел. Начиная с 1994 года, комплекс стал монастырем Арцахской епархии Армянской Апостольской Церкви.

В декабре этого года в Дадиванке прошло христианское богослужение удин — одного из народов, некогда проживавших в Кавказской Албании. Кандидат исторических наук Айк Акопян утверждает, что это «показательные выступления» Азербайджана с целью доказать миру свою религиозную толерантность. Что касается самих удин – участников акции, то в данном случае это просто заложники, исполняющие волю диктатора. Удины – один из очень древних, но ныне малочисленных народов региона, часть удин проживает на территории Азербайджана и их готовность выполнить заказ азербайджанских властей и таким образом обезопасить себя вполне можно понять. А кроме того, — и это тоже очень важно – стремление властей Азербайджана представить Дадиванк как принадлежащий удинам памятник христианской культуры очень устраивает, возможно, и самих азербайджанских удин. 

Я не религиозна, но меня безумно привлекают древние храмы, старинные книги и все, что связано с историей. Я решила, что мне просто необходимо в первый, и надеюсь, не в последний раз отправиться в это неизведанное мною место.

Дорога в Карвачарский район была крутой, многим попутчикам становилось дурно, кружилась голова. Одной девушке пришлось выйти из автобуса на свежий воздух. Она прошла несколько метров, как вдруг водитель испуганно стал кричать ей: «Остановись, стой! Не ходи дальше, там опасно». Сначала я не поняла, почему он был так обеспокоен. Все вокруг было в белом тумане. Жемчужная дымка окутала все, что прежде было видно глазу. Но мне удалось разглядеть буквально в двух метрах от девушки широкую яму. Подобные ямы я прежде видела в фильмах про войну. И это не просто яма, это был огромный след от мины. Разминирование еще не проводили, а это значит, что любой неверный шаг мог стать фатальным.

Дадиванк. Фото: Алина Серегина / ИА Реалист

Мы проезжали мимо пустующих деревень, мимо домов без окон и крыш. Каждое здание, любая постройка были сожжены прежними хозяевами. Армяне не хотели, чтобы азербайджанцы жили на их месте, а потому разрушали свои дома. По дороге мы встретили потерявшегося теленка, который уже никогда не вернется домой. А все собаки из деревень нашли себе место около монастыря. Они мирно лежали своей стаей около русских танков. Российские миротворцы охраняли монастырь. У входа в Дадиванк на ветру развевался российский флаг.

Когда в Соборной церкви началась служба, на улице почти не осталось людей. Один лишь армянский солдат большими и грустными глазами смотрел на старинные надписи, вычерченные на камнях церкви. Докурив сигарету, на выходе он произнес: «Осталось всего лишь три дня».

В монастырь я поехала не одна, а с подругами. И мы решились осмотреть Дадиванк с другого ракурса. Мы обошли монастырский комплекс со стороны обрыва и нашли продолжение древних построек, о которых гид не рассказывал. Там было опасно, поэтому никто не говорил об этой части монастыря. Но мы все же пошли туда. Мы с девочками обнаружили круглые комнаты с армянскими гравировками на камнях, потайные полуразрушенные коридорчики и даже кухоньку с тандырем для приготовления лаваша. Внутри стен были проложены полки, на них лежала потрескавшаяся глиняная посуда. А из аркообразных окон открывался невероятный вид на скалы, лесистые склоны гор. Молочная мгла тумана заполнила каждую щелочку между деревьев и елей. Серые тучи нежно окутывали верхушки гор. Погода безмолвно внушала печаль со вкусом восторга.

На память об этом месте я взяла себе красную веточку неизвестного мне растения. Для меня важно осознавать, что именно это веточка росла на святой земле. Я засушила ее, чтобы навсегда запомнить все, что связано с этим местом. Последнее, что я увидела, уезжая, как единственный белый голубь пролетал над Дадиванком. А как нам известно, голубь-это символ надежды.